5 декабря 2008 года скончался Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Это великое горе продемонстрировало отношение русского народа к Церкви и к своему Патриарху. Десятки тысяч людей в течение долгих часов, под дождём стояли в очереди к Храму Христа Спасителя, чтобы отдать своему Первосвятителю последний долг, сказать ему последние слова сыновней благодарности. Смерть Патриарха объединила всех. Президент России Дмитрий Медведев назвал Патриарха «выдающимся гражданином России».
«В истории Церкви нет таких прецедентов, чтобы столько было сделано одним человеком. То, что начал Алексий II, мог бы начать и Пимен в свое время, но не начал. Алексий II был самоотверженным человеком, такие умирают стоя, что в принципе и произошло», – отмечает игумен Сергий (Рыбко).
О том, кем стал Патриарх Алексий для России, предстоит разобраться следующим поколениям историков. Наша задача – выяснить, какую роль он сыграл как гражданин, как общественный и политический деятель, какое наследство он нам всем оставил, и какой вывод из служения Патриарха способна вынести Россия. Широко распространено мнение о том, что религиозное служение и политическая деятельность несовместимы. Политическую основу религии принято рассматривать в негативном ключе, а слово «клерикализм» до сих пор воспринимается как бранное.
Однако, мировоззрение любого мыслителя о государстве, его органах власти, о лучшей форме государственного устройства, о взаимоотношениях государства, общества и человека, о внешней политике и мировой политической системе, является политическим мировоззрением. Великие христианские мыслители и подвижники Иоанн Златоуст, Августин Блаженный, император Юстиниан, патриарх Фотий, митрополит Иларион, преподобный Иосиф Волоцкий, святители Филарет Московский и Иоанн Кронштадтский являются, в то же время, выдающимися политическими мыслителями.
Второе Крещение
Сегодня можно услышать разные мнения о Патриархе. Его недоброжелатели говорят, что он «ничего существенного не сделал», что основной чертой его служения было «бездействие», что укрепление Церкви, строительство храмов было «востребовано властью». Однако вспомним, в каком состоянии Патриарх Алексий II вступил в управление Русской Православной Церковью. Как социальный институт, Церковь была фактически уничтожена в годы ленинско-сталинских репрессий, а затем всё, что удалось сохранить и отстоять, было разрушено в годы хрущевских гонений. После чего Россия осталась на духовном пепелище: несколько поколений русских людей выросли в условиях атеистической и антицерковной пропаганды. Не было ни храмов, ни священников, ни духовных училищ. Коммунизм рушился на глазах, погребая под своими обломками тысячелетнюю страну, о чём ещё в конце 40-х годов предупреждал великий русский философ Иван Ильин. Дамоклов меч раскола навис и над Церковью.
В самом постперестроечном обществе царили нравственная кома, депрессия и разложение. Слово «патриот» стало синонимом слова «экстремист». «Младореформаторы», вставшие у руля российской политики, экономики, социальной жизни и внешней политики, употребляли по отношению к России словосочетание «эта страна». Единственным критерием успешности или неуспешности («лузерства») стало умение или неумение обогащаться («рубить бабло»). Основная часть населения безнадёжно нищала, теряя последние остатки веры и в Бога, и в страну, и в моральные ценности, и в самих себя. Целое поколение рождалось и росло на установках «человек человеку – волк» и «родина – там, где хорошо», активно формируемых посредством телевидения. В страну хлынули «духовные пророки» и «миссионеры» с Запада и Востока, которым была обеспечена поддержка правительственных чиновников и СМИ. Запретив деятельность в школе молодёжных и детских политических организаций коммунистического периода, власть ничего другого не дала. Вновь, как и в годы войны, возникла детская беспризорность. Две трети беременностей заканчивались абортами, активно пропагандируемыми такими организациями, как «центры планирования семьи». Русский народ начал вымирать: население страны стало сокращаться на миллион человек в год. То, что не удалось большевикам и Гитлеру, с успехом достигалось либеральными реформаторами.
Святейший Патриарх Алексий II, казалось, совершил невозможное. Приняв Церковь в руинах, с разрушенной системой духовного образования, миссией, катехизацией, социальным служением, он ценой неимоверных усилий поднял Церковь с колен. Он сам неоднократно говорил, что само существование Церкви в нынешних условиях – это уже Божие чудо. Он сохранил единство Церкви, не дав ей, подобно стране, распасться на 15 автокефалий. Ему удалось установить партнерские отношения с государственной властью – вернее, со здоровыми силами внутри неё.
Мудрая, консервативная политика Патриарха способствовала тому, что Церковь преодолела период либерально-космополитического диктата ранних 90-х (вплоть до событий октября 1993 года), и идеологической неопределённости поздних 90-х. Удалось сохранить Церковь от раскола на «обновленцев» и «консерваторов» – несмотря на стойкие разногласия, все они нашли в Церкви своё место и применение, за исключением наиболее крайних и оголтелых, вроде Глеба Якунина или епископа Диомида.
Церковь медленно, преодолевая бешеное сопротивление правительственных чиновников и клевету либеральных СМИ, обретала подобающее место в обществе. Церкви возвращались здания, монастыри, отобранные ценности. Народ вспоминал про свою историю – про Сергия Радонежского, Гермогена Московского, Серафима Саровского, Иоанна Кронштадтского. Возобновились богослужения в Покровском соборе на Рву (Соборе Василия Блаженного) и в соборах Кремля, был восстановлен Храм Казанской иконы Божией Матери на Красной площади. В Свято-Успенском Кафедральном Соборе Кремля состоялось знаменательное историческое событие – Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй впервые за 290 лет после патриарха Адриана взошел на Патриаршее место. Тем самым была восстановлена символическая связь с патриаршим служением в допетровский период Московской Руси.
Важнейшим событием в истории России 90-х годов стало восстановление Храма Христа Спасителя. Этот храм, построенный в 1883 году в память об отражении наполеоновского нашествия, был варварски разрушен в 1931 году. В те годы Сталин ещё не пришёл к осознанию значения русского патриотизма для сохранения страны и к реабилитации истории дореволюционной России. Храм Христа Спасителя, который соборно строила вся страна, был снесён как ненавистный памятник «русскому великодержавному шовинизму». Более того – история храма неразрывно связана с эпохой Императора Александра III, коронованного незадолго до открытия храма и лично присутствовавшего на его освящении. Восстановление разрушенного храма должно было стать не только данью памяти к основателям и строителям его исторического предшественника, но и своеобразным символом воссоздания традиционной России. Храм Христа Спасителя стал настоящим памятником эпохе Святейшего Патриарха Алексия II, и символично, что прощание с Патриархом состоялось именно в этом храме.
Восстановление храмов в России приобрело всеохватный характер. В 1989-2000 гг. число епархий РПЦ выросло в 2 раза, количество монастырей – почти в 40 раз, число приходов и священнослужителей – в 3 раза. В местах заключения создано более 160 храмов и 670 молитвенных комнат. При этом Патриарх Алексий всегда призывал священнослужителей не ограничивать жизнь общины только богослужением, организовывать в приходе благотворительную, миссионерскую, катехизаторскую работу. «Задача Церкви – не только возрождение храмов, но и возрождение человеческих душ», – говорил он.
В период криминального беспредела, тотального разложения и господства разрушительной идеологии, словно оазисы в пустыне, в стране стали появляться православные школы, детские дома, духовные училища. Был создан Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет – первое в России высшее учебное заведение, обеспечивающее богословское образование для мирян и выдающее государственные дипломы по целому ряду гуманитарных дисциплин. Это открыло широкие возможности для работы православных специалистов в государственных учреждениях России. В самой Церкви с каждым годом становится всё больше молодых, образованных, интеллигентных людей. В православные храмы приходит та самая молодёжь, которую ещё вчера все дружно именовали «потерянным поколением». Апостольская радость на молодых лицах – лучшая иллюстрация Второго Крещения Руси.
Соработничество Церкви и государства
За годы служения Патриарха была создана принципиально новая система взаимоотношений Церкви с государством и властью. Как отмечают наблюдатели, Алексий II стремился к восприятию России в качестве православного государства, а с ее лидерами общался так, как когда-то патриархи – с православными царями. И это приносило свои плоды: государство неуклонно воцерковлялось, власть всё более становилась православной, уделяла Церкви всё большее внимание. Да и сам строй патриаршей власти, установленный в Церкви, многие склонны были называть «монархической демократией»: при твёрдой и незыблемой власти Предстоятеля в Церкви свободно обсуждались самые острые вопросы и подходы, церковная власть в постановке проблем и принятии решений ориентировалась на самые широкие круги православной общественности. «Пока либеральные идеологи твердили как заводные о „гражданском обществе“, Церковь стала исключительно мощным, влиятельным и работоспособным институтом такого общества, естественно притягивавшим к себе людей самых разных взглядов», – отмечает Егор Холмогоров.
По мнению обозревателя «Независимой газеты» Павла Круга, главным результатом эпохи Алексия II стало формирование в условиях провозглашенной свободы совести особой модели отношений Церкви и государства, которую покойный Патриарх называл церковным словом «соработничество». «Церковь отделена от государства, но не от общества», – неоднократно повторял Алексий II. И часто добавлял, что никогда прежде Церковь не пользовалась такой свободой, как в постсоветский период своей истории.
«По сути, Алексий ІІ стал первым работающим патриархом со времен ликвидации патриаршества императором Петром І – и в этом главное значение его миссии, – отмечает публицист Виталий Портников. – У патриархов советских времен тоже была особая роль – это были иерархи, контролируемые Советом по делам религий, вынужденные считаться с представлениями о церкви атеистической власти. Кремль тогда хотел превратить патриарха в этакую певчую птицу, живущую в клетке Данилова монастыря под неусыпным надзором чиновников. Алексию досталась совершенно особая миссия – миссия восстановления самой роли церкви в обществе и восстановления авторитета мира. Человеку мирскому даже трудно себе представить всю тяжесть этой задачи. И уж тем более трудно выставлять счет за сделанное и несделанное, если понимать, что речь шла о настоящем строительстве на руинах – в прямом и переносном смысле этого слова».
Важнейшей вехой в истории Русской Православной Церкви стал Юбилейный Архиерейский Собор 2000 года. На этом соборе впервые в церковной истории был принят всеобъемлющий документ – «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», в которых были изложены взгляды Церкви на все основные проблемы общественной жизни, на государство, политику, экономику, армию, образование, внешнюю политику. На этом же Соборе были канонизированы российские новомученики и исповедники, пострадавшие в годы безбожных коммунистических гонений, в том числе и Августейшая Семья последнего русского Императора. «Церковь по своей небесной природе не может быть либеральной. Ее симфонизм – имперский. Прообраз Царя Небесного – Царь Земной. В глубинах церкви, не оглашаемый на вселенских торжищах, лежит „монархический проект“. Церковь мыслит Россию империей, и в этом ее великое предназначение. Канонизация последнего русского царя Николая – заслуга Патриарха, его далеко идущий имперский замысел, многими до конца не понятый», – отмечал, в частности, писатель Александр Проханов.
Беспрецедентным становится сотрудничество Церкви и российской армии, которая, будучи оболганной за годы перестройки и либеральных реформ, нашла в лице Русской Православной Церкви и её Предстоятеля самых надёжных союзников. При Священном Синоде был создан Отдел по взаимодействию Церкви с Вооружёнными Силами и правоохранительными учреждениями, возглавляемый одним из самых авторитетных священников, протоиереем Дмитрием Смирновым. Церковь возвращается к своей пастырской деятельности среди военнослужащих, благословляет российские войска к участию в миротворческих и антитеррористических операциях, священники освящают новейшие образцы российского оружия, военные корабли, самолёты, ракеты. «Нам надо свято помнить слова Императора Александра III о том, что у России нет друзей, кроме армии и флота», – говорит Патриарх в одном из последних своих интервью. Предстоятель Русской Церкви, как и канонизированный при его участии священномученик Серафим (Чичагов), сам происходил из рода мужественных и доблестных воинов, верой и правдой служивших России, и своё церковное служение на благо России рассматривал сродни военному.
В течение всех этих лет в опросах общественного мнения Патриарх Алексий раз за разом назывался одним из самых уважаемых людей в России, символом восстановленной преемственности в истории и идентичности русского народа. Будучи уже престарелым и чрезвычайно больным человеком, Патриарх продолжал ездить по стране, добираясь до её самых удалённых уголков. «Восстанавливается традиционная миссия Церкви как ключевого фактора социальной стабильности и объединения россиян вокруг общих моральных приоритетов – справедливости и патриотизма, миротворчества и благотворительности, созидательного труда и семейных ценностей» – отметил в одном из своих поздравлений Патриарху президент Владимир Путин.
Преодоление раскола
Святейший Патриарх Алексий II дважды в истории России остановил гражданскую войну. В первый раз – в октябре 1993 года, когда, казалось, страну уже не удержать на пути в окончательную бездну. Некоторые говорят, что Церковь не преуспела в остановке гражданского противостояния – в боях в самом центре Москвы погибли сотни людей. Некоторые оппозиционеры высказывались, а некоторые и до сих пор уверены, что Церковь в те дни «предала свой народ». Однако, мы все помним, что война грозила захлестнуть всю Россию. Многие даже этнически русские регионы в том страшном октябре были готовы провозгласить независимость от Москвы. В том, что страна не распалась окончательно и бесповоротно, есть немалая заслуга Церкви во главе с Патриархом, пережившим в те трагические дни сердечный приступ.
Второй раз Церковь остановила «холодную войну между двумя частями русского народа 17 мая 2007 года, когда в Храме Христа Спасителя был подписан Акт о каноническом общении между двумя частями Русской Православной Церкви. Два первоиерарха – Патриарх Алексий II и митрополит Лавр – совершили то, что ещё недавно казалось невозможным: Русская Церковь вновь стала единой перед Чашей Господней! По словам секретаря по межправославным отношениям Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерея Николая Балашова, «радостное 17 мая становится заключительным актом преодоления страшного 17 года, расколовшего Россию». Известный православный общественный деятель Кирилл Фролов поэтически назвал это событие «самым великим событием в истории России XXI века». Русская Церковь предоставила пример единения русскому народу – самому большому разделённому народу в мире.
Если Вы заметили ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter 
